Оцифрованный (оцинкованный) остров - Мы!

Комиссар проснулся от раскатистого шума прибрежных волн, которые накатывали на берег, пытаясь отвоевать у песочной суши прибрежную полосу, и сделать её влажной, твёрдой и удобной для пеших прогулок вдоль океана. Его ротанговый шезлонг с мягкими, удобными ковриками расположился в тени наклонившейся над берегом пальмы, которая бережно отбрасывала тень от пушистой кроны на своего гостя и убаюкивающе шелестела ему своими листьями... Комиссар захотел вновь прикрыть глаза, но в этот момент от его запястья с часами раздался знакомый голос:

 

 

- Мой друг, вы проснулись! Добрейшего вам утра! - сказала голографическая картинка в виде миниатюрной девушки, появившейся над наручными часами.

Это была Галина. Имя Галина для искусственного интеллекта (ИИ) Комиссар выбрал не случайно... Когда-то у него было целых две Галины: Галина-старшая - его жена и Галина-малая - дочка... Но это было так давно, что уже казалось не правдой, а сущим вымыслом...

 

- Галина, смойся... Дай подремать, - равнодушным голосом возразил ей хозяин часов.

- Да вы что, Фёдор Васильевич, спать сюда пожаловали? Смотрите какая красотища кругом! Взбодритесь прохладным напитком, что мы с Центром для вас приготовили, и давайте уже вместе наслаждаться этой райской природой... Кстати, неужели вы ничего не заметили?!

- Что же я должен был заметить?

- Ну как же? Вот вы всегда так, мужчины... На мне новая шляпа из последней коллекции "Eleventy" и, кстати, бикини! Все это я надела специально для вас, по случаю. Ну, про запахи и уход от "EviDenS de Beaute" я вам, пожалуй, не стану и заикаться, раз вы и так ничего не замечаете. Вы хоть в курсе, что уже ближайшим летом будет в моде небесно-голубой?!

«Боже, она же электронная!» - взмолился про себя Комиссар, и тайком, искоса взглянул на эту... - «Электронную икону стиля и красоты». Жёлтое, как солнышко или пушистый цыплёнок, бикини дополняли и завершали сверху соломенная шляпа с большими полями, которую элегантно украшала повязанная голубая лента со свободными концами, играющими на ветру...

Комиссар собрался мыслями и ответил:

 

- Твоя шляпа очень мила и подчёркивает твой шикарный вкус и элегантность, а бикини выше всяких похвал, его расцветка мне очень понравилась, и весь пляжный наряд очень гармонирует с таким погожим деньком, как сегодня. А себе на уме подумал: «Черт! Как же хочется схватить эту ленту, будто вырезанную кем-то с неба и спрятать у себя в кармане или сердце, чтобы она продолжала колыхаться там на ветру вечно».

- Спа-сибо! - протяжно и вежливо поблагодарила его Галина и чуть заметно улыбнулась...

Комиссар отвёл взгляд в сторону, где рядом стоял небольшой столик с бокалом ледяного мохито... Матовый от испарины, с медленно скатывающимися капельками он сулил для Комиссара самые первые желанные и приятные глотки... Поднеся бокал к губам, Комиссар (предварительно он даже вынул из него трубочки) сделал несколько жадных глотков и сразу ухватил треть бокала. После чего отвёл бокал и, смотря на него с недоверием, неодобрительно произнёс:

 

- Галя, он же безалкогольный!

- Так и есть, - сказала в ответ голограмма в модных шляпе и бикини, которые ей очень шли, - время только восемь по местному, вечером, возможно, я и позволю вам выпить немного, а сейчас быстро за мной в океан.

После этого часы с запястья Комиссара сползли, как расплавленная свеча на песок, приняв форму небольшого диска или шайбы, голограмма при этом увеличилась в человеческий рост, небрежно сбросила шляпу на шезлонг и побежала навстречу океанской волне...

Комиссар сделал ещё пару глотков, поставил стакан и с мыслями, что, пожалуй, Галина действительно права, с головой бросился за ней в океан...

 

...После водных процедур Комиссар довольным и приободренным вернулся к своему шезлонгу. Галины по близости не было, его часы лежали на столике рядом с бокалом. Он с удовольствием допил остатки напитка, который ещё хранил в себе немного прохлады.

Бурное океаническое пробуждение разбудили в Комиссаре аппетит и ему захотелось выпить утреннего кофе и умять какую-нибудь хрустящую брускетту с авокадо, или блинчик с мясом, или ещё что-то вкусное, и можно даже сладенькое... Тогда он взял со столика полотенце, заранее приготовленное ему заботливой Галиной и таинственным Центром и стал вытирать им волосы и лицо.

Отстранив полотенце, Комиссар чуть не вздрогнул. На верхушке шезлонга сидела пушистая белка и таращила на него свои пуговки-глазки, что-то держа в своих миниатюрных лапках. Приглядевшись, Комиссар различил орешек, который белка тут же поднесла ко рту и быстро начала грызть. Комиссар, с нотками укоризны в голосе, позвал Галину:

 

- Гали-на! Разве ты не помнишь мою давнишнюю просьбу по поводу белок? Чтоб меня эти пушистые наваждения больше не беспокоили...

- Все помню, Фёдор Васильевич, но только это настоящая белка, так сказать, живая... Их здесь на острове хозяин разводит и содержит. Он пару лет назад закупил в России пару десятков этих милых зверьков, и они здесь чудесным образом прижились. Конечно, он для них построил небольшой ботанический сад с микроклиматом, схожим с их привычным ареалом обитания, но зверьки с удовольствием выбираются из него на непродолжительное время, чтобы выпросить у людей еду. Это своеобразная маркетинговая фишка: клиентам - забава, хозяину - дополнительная популярность его бизнесу. Здесь места для отдыха на полгода вперёд расписаны, все под завязку. Мы с Центром вас сюда по льготный линии втиснули, к тому же вы один, поэтому много места не занимаете.

В это время зверёк доел орех, спрыгнул поближе к Комиссару и заискивающе посмотрел прямо в глаза: нет ли у него чего пожевать...

 

- Хм... Вот же живность, только корми да ухаживай, выезде пристроится, - то ли с недовольством, то ли с некоторым умилением вырвалось из Комиссара.

Зверёк, не дождавшись угощения, махнул пушистым хвостом и упрыгал куда-то вглубь острова.

 

- Галина, а ты что из часов-то не показываешься? Ты где есть?

- Как где? Я переодеваюсь и прихорашиваюсь. Разве мы не идём с вами в кафе, завтракать?!

- Да я только за... - ответил Комиссар и добавил: - С большущим за! Только и мне бы нужно во что-то переодеться и принять душ. Вы ж меня с Центром сразу на пляж телепортировали... А куда заселить изволили, я ж не знаю?

- Как я и сказала, здесь все бунгало уже были заняты. Ступайте по указателям к хозяйкой вилле. На её заднем дворе стоит несколько флигелей в местном колорите, обычно там располагается прислуга, ну, или неожиданные гости, как в вашем случае. Увидите табличку с надписью "Комиссар", заходите - незаперто. Встретимся с вами в кафе.

- Хорошо, - согласился Комиссар. Взял свои часы со столика и отправился на поиски своего райского пристанища.

За одноэтажной каменной виллой, выполненной в белых тонах с голубым, стояло четыре небольших флигелёчка с окнами без стёкол и полупрозрачными шелковыми занавесочками. Все строения настолько вписывались в пейзаж, что казалось были построены самой природой.

«То что нужно, - подумал Комиссар и ему отдалённо припомнились слова из родного шансона: Ах, гостиница моя, ах, гостиница! На кровать присяду я - ты подвинешься, занавесишься ресниц занавескою... я на час тебе жених, а ты невеста мне... невеста мне». Флигели были однотипные и на одном из них был прикреплён указатель с надписью: "Комиссар".

Войдя внутрь, Комиссар обрадовался простоте и минимализму убранства. Рядом с кроватью уже стоял его чемодан, пахло чистотой и океаном, в одном помещении находились и спальня, и небольшая кухонька, столик с удобным диванчиком, и возле окна стояло кресло-качалка... В таком местечке запросто мог бы жить Старик из рассказа Хемингуэя "Старик и море" или даже сам писатель. Комиссару так сильно захотелось здесь побыстрее расположиться, опуститься в кресло, достать какую-нибудь книгу и раствориться в её строках... У него появилась идея, и он предложил:

 

- Галина, знаешь, давай закажем завтрак сюда. Не хочется никуда уходить.

На его зов часы, которые он оставил при входе на изящной консоли, вновь спрыгнули чёрным пятном на пол, как ленивая грациозная кошка, и из шайбы на полу вновь появилось трёхмерное светоотражение Галины.

 

- Фёдор Васильевич, вы уверены?! - заигрывая, спросила голограмма.

На Галине был лёгкий ситцевый сарафан, который в меру закрывал её бедра, выказывая на показ стройные, поджарые ножки, а на голове озорно красовались пару аккуратных гулек из собранных волос, что придавало внешнему виду ребячества и в то же самое время не скрывало её дивно красивой шеи. Все это в сочетании с кокетливой улыбкой действовало безотказно.

«Ну, как же она это делает?!» - пронзительной стрелой пронеслась мысль у Комиссара и застряла где-то в сердце. Ему тут же вспомнились студенческие годы: загорелые подружки в лёгких платьях, беззаботные друзья, Волга, пляж... дым костров и звёздные ночи с палатками...

Вернувшись из воспоминаний, Комиссар подумал, что нужно будет при удобном случае подробнее расспросить Галину о Центре, и что из себя представляет тот мир, в котором они теперь живут...

Сидя в кафе и попивая горячий, ароматный кофе, Комиссар с восхищением поглядывал на свою спутницу, позабыв, что она всего лишь набор единиц и нулей, и уж тем более позабыв, что и сам он теперь ничем не отличался от этого набора. Ещё купаясь в океане, он отметил себе, как качественно исполнил Центр его последние запросы и пожелания, чтобы те откорректировали сенсорные функции его тела, и теперь он мог полноценно ощущать им великолепие океана, его силу, мощь, богатство всем своим оцифрованным сознанием. Стопы его ног впервые за несколько лет отдыхали, наслаждаясь приветливым бархатом песка...

...Галина оказалась изумительной собеседницей и порядочной кокеткой. Разносторонность и глубина познаний его подружки затягивали Комиссара в глубокую нору, как Алису в Страну чудес. Комиссар не мог наговориться, позабыв и сколько ему лет, и о проблемах, и даже о том, что хотел захватить из кафе бутылку рома, чтобы представить себя за прочтением книги в удобном кресле самим Хемингуэем.

«Ах, Галина! Ты чудо!» - восхищённо витали мысли в голове у Комиссара...

В это время в кафе зашла респектабельная и броская пара посетителей и присела за соседний столик друг возле друга. Комиссар отвлёкся от своей беседы и ненавязчиво наблюдал за ними...

Мужчина был претенциозен и оглядывал все вокруг взглядом владыки. Веранда, где располагались столики островного кафе была открытой и хорошо продувалась океанскими ветрами, поэтому мужчина величественно покуривал толстую кубинскую сигару, с удовольствием смакуя её аромат. В это время к их столику приблизилась пара пушистых хвостов, и после нескольких прыжков и метаний из стороны в сторону пара белок расположились на противоположной стороне стола в ожидании угощения. Мужчина глубоко затянулся и выпустил в сторону зверьков струю густого сизого дыма. Белки вытаращили глаза и уже развернулись, чтоб спрыгнуть со стола, но в этот момент сопровождавшая мужчину леди зацокала языком и зверьки, запрыгав, подсели к ней, косясь на мужчину, который опять затянул свою сигару и уже не обращал на них никакого внимания... Леди взяла из пиалы на столе несколько орешков и зверьки, похватав их, ринулись прочь. Леди с любовью и наигранной укоризной посмотрела на своего спутника и тот, поймав её взгляд, отстранил сигару в сторону и вытянул губы в знак желанного поцелуя. Леди взяла из пиалы ещё один орешек и, улыбаясь, положила его в рот своего Дон Жуана, поцеловав его в щёчку... На что мужчина ответил:

 

- You my beautiful, sweet baby! I'm your criminal, bad boy... forever!..

Комиссар подумал о том, что где-то уже видывал эту экстравагантную и привлекательную пару. Но кофе уже был выпит, а горячий бутерброд и несколько порций оладьей с клубничным джемом и сметаной - съедены. Комиссар вернулся к своей беседе, так как Галина уже немного заскучала, и сказал ей:

 

- Что ж, моя обворожительная энциклопедия! Идём переодеваться и снова на пляж, на наше местечко с пальмой, пока люди ещё отсыпаются и завтракают. Мне не терпится увидеть тебя в твоём очередном пляжном наряде...

На призыв Комиссара Галина засияла в широкой улыбке и молча исчезла в часах на его запястье.

...Захватив из своего хемингуэйевского домика солнечные очки, так как солнце щекотало уже не в шутку, смазав себя защитным кремом, Комиссар отправился на старое место на берегу океана. Издалека завидев пару шезлонгов под пальмой, он слегка огорчился, что излюбленное место уже кем-то занято. Однако, подойдя ближе, узнал распластавшуюся на лежаке Галину.

 

- Как ты шустро, надо же! - заметил он в лёгком замешательстве, погладив пустое запястье на левой руке.

- Тик-так, тик-так... - кокетливо отозвалась Галина. - Убегу и не заметишь!

В этот раз Комиссар отметил, как ему нравится кружевная туника, которая укрывала Галину, доходя ей немного ниже пояса. Галина тут же заулыбалась и произнесла знаменитую мысль сына турецко-подданного вслух:

 

- "Браво, Киса, браво, что значит школа!"

Комиссар по-детски расхохотался... ему очень нравилась эта книга, и игра великого мастера кино - Андрея Миронова в роли главного её персонажа - Остапа Бендера.

 

- Падайте уже, киса-брысь-ка, рядом, - предложила Галина и похлопала по соседнему лежаку. - Мы тут с Центром о вас немного позаботились.

Комиссар заметил, что на столике лежала коробка кубинских сигар с зажигалкой, а на серебряном подносе стоял запотевший графин с мохито, пара бокалов и пара миниатюрных бутылочек рома из минибара.

Комиссар поджёг сигару и погрузился в облако сладковатого дыма с приятной перчинкой. Мохито после завтрака пока не хотелось...

 

- ...Кажется, вы собирались меня о чем-то поспрашивать, - сказала Галина, не приподнимая широких полей своей шляпы, которой она прикрыла лицо, и придав своему голосу завесу таинственности.

Комиссар уже немного смирился, что ИИ в лице его спутницы предугадывает не только его пожелания и вкусы, но и мысли. Поэтому, спокойно выпуская из себя ароматные облака, лежал и думал с чего же начать...

 

- Мы что, действительно сейчас в 2042 году?

- По исключительно вашему, линейному времяисчислению - да, так оно и есть.

Комиссар решил пока вопросы про линейность и нелинейность времени отставить и спросил Галину о войне, отрывки которой он помнил в отголосках своей памяти:

 

- Значит война уничтожила все живое на земле?

- Ну, не все живое, конечно, осталась кое-какая растительность, насекомые, животные, иные живые организмы, сама Земля, наконец, а вот человечество было решено оцифровать из гуманных соображений к нему же самому и с целью дальнейшего выживания самой планеты. Да, кстати, живое - понятие растяжимое... Ваши же философы придерживались концепции: рассуждаю, мыслю, стало быть, - живу. Разве вы не чувствуете себя живым, мон шер?!

- Почему же? Чувствую... Только все эти фокусы с часами, телепортациями и предугадыванием моих мыслей ещё не стали для меня нормой.

- Привыкайте, возможно, это навсегда...

- И кто же это нас так оцифровал? По гуманному, так сказать, соображению...

- А ответ - Центр - вас не устраивает? Вы же это и так знаете...

- Да, знаю... Но что это такое - Центр? Какой-то мощный компьютер или повсеместная сеть компьютеров, которая работает как единое целое, раз вся земля с её обитателями теперь оцифрована. Какой-то гений её создал заблаговременно, предвидя атомный апокалипсис, и вовремя запустил?

- Вы, мон шер, мыслите слишком земными категориями: сеть компьютеров, гений, вовремя... Гений - это у вас Пушкин - писал то, что чувствовал, видел, знал... Ничего не выдумывал...

- Как же не выдумывал, а сказки эти: тридцать три богатыря... чешуя, как свет горя или заря, я не помню уже, и этот Дядька его, самых строгих правил с ними, как его?.. Черномор - вспомнил.

- А что ж он тут сверхъестественного выдумал? Тридцать три буквы русского алфавита, этих отпрысков от кириллицы в чешую с доспехами одел, что ли?

Комиссар задумался над сказанным...

 

- ...А Черномор-дядька - это, верно, русский язык в целом!..

Тут Галина приподняла широкие поля головного убора со своего лица и подмигнула Комиссару.

Комиссар воткнул уже порядком истлевшую сигару в песок рядом с собой, положил обе ладони на лицо и несколько раз его помассировал вверх-вниз... Галина, приподнявшись, покосилась на окурок и многозначительно кашлянула. Её ученик тут же опомнился и положил бычок на край подноса...

 

- ...Да уж! Христофор Бонифатьевич... Сам Врунгель отдыхает...

- Мрак, парниша - добавила Галина к задумчивой фразе собеседника эпитет из словарного запаса Эллочки-людоедки.

Комиссару требовалась небольшая пауза, чтобы понять куда дальше двигать весь этот ликбез, поэтому Галина тактично молчала. Молчание прервал Комиссар:

 

- Получается, что Центр - это, наверно, такой мегамощный, квантовый компьютер. И, по всей видимости, он иноземного происхождения, верно?!

- Мон шер, мон шер, только что вы сделали пару успешных детских шагов и снова скатились к этим байкам из серии: земное, неземное... А если инопланетяне, как резиденты, давно уж на Земле прописались, им что теперь - паспорта выдавать? Думайте, что спрашиваете...

Комиссар ломал свою голову и было немного не понятно - то ли он спрашивает, то ли рассуждает в слух:

 

- Получается, Центр един... Но насколько он един?.. Он обладает абсолютным единством?!

- Вы даже не представляете, мой дорогой, насколько абсолютным: в нем все ваши чаяния, страдания и смех, религии и минутные озарения, не говоря уже, о пространстве и времени... все ваши желания и сопровождающие их поступки, которые были, есть и даже будут... - поведала Галина и взглянула на Комиссара... - Я вижу и чувствую, что ваши мозги слегка закипают. Налейте-ка себе что-нибудь прохладного... мне бы не хотелось вас потерять как собеседника.

Комиссару не хотелось тратить время на приготовление коктейля и вообще на алкоголь, поэтому он взял кувшин с мохито и отпил несколько глотков через край.

 

- Ну, или так, почему нет, - подметила Галина. - Лонг дринк по-быстрому.

Немного отдышавшись, Комиссар выстроил следующую гипотезу:

 

- Если Центр - это не сеть и даже не квантовый компьютер, но вмещает в себе все на свете, то что же это такое? Вся наша Вселенная, а мы в какой-то параллельной реальности?!

- Мне уже начинают нравятся ваши потуги и попытки рассуждений, мой друг. Но чтобы вы не погрузились и не ускользнули от меня в параллельную реальность, и я бы вас потеряла и потом долго искала, давайте остановимся на Вселенной и её происхождении... Вам что-то известно об этом?

- Только то, что видел в своё время в нескольких случайных научных передач, то и известно... Был большой взрыв, потом все это расширялось, эволюционировало и появились мы - люди.

- История Мироздания вкратце, пойдёт, - согласилась с Комиссаром Галина. - А теперь возьмите кусочек этой Вселенной - вагон, например, чтобы он поехал по горизонтальному отрезку пути, его нужно подтолкнуть локомотивом, как вы считаете? Только выбросьте из головы все эти детские шалости Эйнштейна о теории относительности, скорости света, как движения частиц в двух амплуа: волновой и по массе... это лишь для телепортации хорошо, но все это слишком земное, а думайте именно о взаимодействии вещества.

Комиссар закрыл свои глаза и надавил на веки пальцами рук. Ему казалось, что ещё немного и они вывалятся из глазниц и, как яичный белок, стекут на песок, но он не мог и не хотел прекращать эту беседу.

 

- Так, так, так, так... А если какие-нибудь злые и нехорошие умы захватят Центр и перешьют его код себе в угоду, ведь мы же теперь наборы нулей и единиц и сам Центр, по всей видимости, - такой же бинарный код? Они будут делать с нами все, что захотят?..

- Такой глупости я ни за что не ожидала... Спишу её на перегрев, что ваш мозг сейчас на границе где-то, с плавленным сырком борется... Захватить Центр, захватить абсолют - все равно, что объять необъятное... Вы себя сами слышите? Бинарный код... Вы же уже сами пришли к выводу, что Центр - это даже не квантовый компьютер. Все ваши людские беды в глобальном масштабе от чрезмерной зашлакованности сознания, общества и человечества в целом: захватить, опередить, враги, убить... больше политики, больше оружия, поэтому вы и докатились, что перестали самостоятельно рассуждать.

Мозги у Комиссара действительно раскалялись и плавились от непосильной задачи осознания Центра...

 

- Боже, Боже, Боже!!! - почти закричал Комиссар. - Ты снизошёл к нам, чтобы карать нас на своём страшном суде... и превращать нас в овощи! - И Комиссар стиснул свою голову с обеих сторон руками, закрыв ими свои уши.

- Боюсь, что это не поможет, мон шер, - раздался внутри его головы спокойный голос Галины.

Комиссару казалось, что в его голове поселилась сама чёрная дыра, он машинально вскочил, не отрывая рук от ушей, и ринулся в сторону океана, где у кромки воды пал сначала на колени, а потом лицом ниц, так что его голова оказалась в воде, а ноги все ещё на берегу... «Это должно помочь», - мелькала слабой надеждой его мысль...

 

- Возможно, возможно... - снова подстёгивал его спокойный Галин голос...

 

Комиссар, затаив дыхание, пытался рассуждать:

 

«Большой взрыв, взаимодействие вещества, энергия, частица - античастица... античастица. Вселенная расширяется, значит, где-то должно сужаться. Нет никакого бинарного кода - это лишь земное упрощение... Вселенная бесконечно большая - её сужающийся эквивалент бесконечно мал. Это бесконечный запас антивещества в бесконечно малой точке - точке дуальности Вселенной... её прошлого, настоящего и будущего одновременно. А Земля - Земля лишь вагончик этой Вселенной, в котором мы все вместе едем. И в любой точке Вселенной безусловно действуют её законы дуальности пространства и вещества... Земля - вагончик Вселенной, в котором мы ехали, ехали и вот теперь приехали... Приехали в некую симуляцию кусочка Вселенной, которая спроецирована из её сингуляритивной антиточки вне времени... и скорее вне привычного пространства».

В этот момент Фёдор почувствовал, что почти уже задыхается. Он одёрнул руки от головы, чтобы подняться, но в это время уже кто-то тащил его за ноги на берег...

 

- ...Галя?! - спросил он у перепуганной жены. - Ты здесь? А где малая Галя?

В это время вдоль берега раздался детский крик:

 

- Папа, папа, я морскую звезду в своё ведёрко поймала, смотри скорее какая шершавая... Я ей водички из океана набрала и песочку насыпала, она теперь у меня в своём домике... Верно все, верно?!

- Будешь вечером  в баре в два раза меньше коктейлей пить... перепугал всех до чёртиков! - строго отрезала Галина-старшая. - Сначала в шезлонге спит полдня, потом вскакивает, как ужаленный, и на океан молится под водой: то ли живой, то ли утоп уже...

- Галчата, вы мои ненаглядные! - обрадовался капитан полиции в отставке Верещагинов и обратился сначала к любимой дочке: - Абсолютно верно, мой душистый полевой цветочек (а про себя подумал, что до завтра морская тварь протянет, а там или выпустим или ведёрко побольше найдём, главное воду с песком почаще менять; для подстраховки можно и выгулять эту пятипалую... мы теперь все в этом «домике»), - потом взглянул на жену и, улыбаясь, заверил: - Вообще не буду пить, ангел мой... Как же я по вам соскучился!

Галина-старшая вновь с недоверием взглянула на Федора, но в этот раз по её подозрительному лицу мельком скользнула тень согревающей улыбки...

 

- Пошлите уже ужинать. Обед пропустили из-за твоих пляжных сновидений... - сказала Галя, собирая вещи с лежаков, после чего ещё раз уже с умилением посмотрела на мужа. - Ох, Федя, чудной ты у меня, с тобой не соскучишься, ей Богу!

Капитан тактично принял из рук жены пляжную сумку с вещами, а про себя с удовольствием и предвкушением подумал:

 «Эх, знали бы вы, мои хорошие, какую я для вас историю приготовил на вечер про Комиссара - заслушаетесь!.. Комиссара и его агента - морскую звезду - шпиона Универсума: ...Пик-пик-пик... - передаём координаты точного времени и пространства... Сегодня: 14 февраля 3025 года по исчислению единого Центра-Универсума в степени - предел от функции Галя, стремящийся к нулю; постоянные точные координаты временного поля - 11:00 (в местном значении - “Eleventy”); агент Морс-3 с позывным "Шершавый" приступил к выполнению задания; место первичной локации - ведёрко... Включаю передачу данных: «Пи-пи-пи; пи-ум, пи-ум, пи-ум; пи-пи-пи...»

В этот момент капитан своим обостренным комиссарским чутьём будто уловил исходящие от ведёрка импульсы и невидимые глазу возмущения мельчайших частиц и подумал, что они могут просто забыть про бедолагу, находясь на отдыхе, поэтому он сказал маленькой дочке, что морской обитатель очень сейчас переживает, так как в её ведёрке пропали все сигналы от его друзей и родных, с которыми он был связан в большом океаническом мире, пусть она лучше покажет ему, как этот шершавый друг ползает по мелководью, и можно будет сделать несколько фото и видео, как он обитает и чем занимается... Дочка с радостью согласилась понаблюдать за своей морской диковинкой, и они ещё ненадолго задержались все вместе на этом волшебном пляже...

 

(КОНЕЦ)